beshankovichy.by

Информационный портал

Социальные сети:

Новости Бешенковичей Общество

03.10.2019 15:11

236 просмотров

0 комментариев

В Браславе через час после колоноскопии женщина умерла от сердечного приступа. СК разбирается в ЧП в больнице

По заявлению жительницы Минска Ирины Батюк СК проводит проверку в отношении медиков Браславской центральной районной больницы. Там в апреле этого года примерно через час после колоноскопии умерла ее мать — 70-летняя Регина Мищенко.

«Насторожил результат вскрытия: смерть наступила от сердечного заболевания, хотя мама на сердце не жаловалась, ее беспокоили боли в животе. Потом мы заподозрили, что в ее медицинские документы задним числом вносят информацию», — заявляет дочь пенсионерки. Она ведет активную переписку с Минздравом, СК и прокуратурой и надеется, что в причине смерти родного человека объективно разберутся.

Регина Мищенко. Фото: личный архив семьи Регины Мищенко

Жаловалась на боли в животе, а умерла от болезни сердца

Регина Казимировна Мищенко поступила в Браславскую ЦРБ 12 апреля с жалобами на боли в животе, которые сопровождались потерей сознания. Ей сделали УЗИ и обнаружили камни в желчном пузыре. Десять дней женщина лечилась в хирургическом отделении.

22 апреля пациентку выписали с диагнозом «гастродуоденит неуточненный». Доктор, проводивший УЗИ, предположил: камни в желчном пузыре не могут быть причиной болей в животе. Женщине назначили дополнительное исследование — колоноскопию под наркозом.

Утром 29 апреля Регине Мищенко сделали колоноскопию. Примерно через час после процедуры женщина умерла в палате.

Патологоанатом заключила, что причиной смерти стала атеросклеротическая болезнь сердца с артериальной гипертензией.

— Но наша мама никогда не жаловалась на сердце, не было у нее и проблем с давлением, — говорит Ирина Батюк. — Она вела здоровый, подвижный образ жизни, любила путешествовать, всегда следила за собой. В ЭКГ и анализах, сделанных перед колоноскопией, не было никаких отклонений от нормы.

Похоронив родного человека, Ирина Батюк пошла в районную больницу. Из разговоров с докторами она узнала вот что.

— Доктор, проводивший колоноскопию, сообщил, что ему не удалось довести процедуру до конца, так как кишечник был плохо очищен. С его слов, он убедился, что пациентка вышла из наркоза, и занялся следующим человеком. Маму отвезли в палату № 12 хирургического отделения. Там она вначале находилась одна: дежурная медсестра выполняла в это время какие-то поручения. Затем к ней на 15−20 минут зашел анестезиолог. Он измерил маме давление, причем сделал это, по его заявлению, четыре или пять раз. И результат всегда был 110/80.

Позже, как выяснила Ирина, в палату зашел хирург.

— Он увидел, что пациентка в критическом состоянии. Мама успела сказать, что у нее сильные боли в животе. И потеряла сознание. Хирург, по его словам, позвонил анестезиологу, тот прибежал через 3 минуты. Они вдвоем в течение 40 минут проводили реанимацию. И, как заявляет хирург, сделали все, что могли.

Родные Регины Казимировны не могут понять, как так вышло, что перед самой смертью она жаловалась хирургу на боли в области кишечного отдела, а умерла от болезни сердца.

— Вскрытие, как сообщили нам врачи, показало, что все внутренние органы были в норме. На ряд вопросов, касающихся проблем с сердцем, а также препаратов, вводимых маме во время реанимации внутривенно, анестезиолог ответить не смог. Сказал, что все это есть в истории болезни. Но историю болезни, как и лист назначений с эпикризом, нам не показали, — отмечает Ирина Батюк.

После смерти пациентки родственники, по их словам, увидели на ее лице гематому на переносице и синеву под глазами. Но в заключении патологоанатома сказано, что телесных повреждений нет.

Регина Мищенко с мужем и внуками. Фото: личный архив семьи Регины Мищенко

«Пациентка в состоянии клинической смерти разговаривала по телефону?»

— В показаниях медиков много несоответствий, — продолжает дочь. — Так, хирург и анестезиолог утверждают, что проводили реанимацию 40 минут. А в официальном документе из облздрава уже другое время — 30 минут. В этом письме сообщается, что хирург прибыл в палату к маме в 10.20, через минуту — в 10.21 — сюда зашел анестезиолог, а в 10.50 уже констатирована биологическая смерть пациентки.

Родные сделали распечатку телефонных разговоров Регины Мищенко и обратили внимание на такой момент.

— С 10.21 и до 10.24 — то есть в то время, когда, по утверждению медиков, пациентка была в состоянии клинической смерти, а они проводили ей реанимацию, мама разговаривала по телефону с женой брата. При этом она жаловалась ей на сильную боль в животе и говорила, что в палате рядом с ней никого нет. На мой взгляд, этот факт вообще ставит под сомнение, что реанимационные действия проводились, — заявляет Ирина Батюк.

Ответ облздрава. Фото предоставлено Ириной Батюк

«Куда исчезли камни из желчного пузыря и медицинской документации?»

Дочь просит СК провести экспертизу медицинских документов матери, так как считает, что после ее смерти в них не раз вносили изменения.

— В частности, в электронной амбулаторной карте матери изменили диагноз «камни желчного протока с холециститом» на «эссенциальную (первичную) гипертензию». Комиссия Минздрава сообщила мне, что по заключению патологоанатома камней в желчном пузыре матери не обнаружили. При этом желчекаменную болезнь у мамы диагностировали в 2018 году. А на УЗИ за 17 дней до маминой смерти врач сообщил моей сестре, медработнику Браславской ЦРБ, которая присутствовала при проведении этой процедуры, что камни увеличились. Мы планировали делать матери лапароскопию желчного пузыря в больнице в Минске, и у нас на руках были результаты всех обследований и анализов. Поэтому хочется узнать: что же стало с камнями? Почему они исчезли из желчного пузыря и из электронной документации?


Татьяна Матвеева / TUT.BY


Читать полностью: https://news.tut.by/society/653394.html

Последние новости