beshankovichy.by

Информационный портал

Социальные сети:

Новости Бешенковичей Общество

30.11.2014 00:03

1020 просмотров

0 комментариев

Тимоти Снайдер: Новая ностальгия Путина

Во время, когда российские конвои продолжают наступление на Украину, Владимир Путин всерьез взялся за возвращение хорошей славы договору Гитлера и Сталина, что фактически начала Вторую мировую войну.

Во время своего выступления в Музее современной российской истории Путин отметил, что ''Советский Союз подписал с Германией договор о ненападении. Говорят: «Ай, как плохо!» А что плохого, если Советский Союз не хотел воевать?»

На самом деле Сталин хотел воевать. А пакт Молотова-Риббентропа 1939 между прочим содержал секретный протокол, что разделил Восточную Европу между Гитлером и Сталиным. В следующем месяце после подписания договора состоялся совместный немецко-советский захват Польши.

Говоря о хорошей внешней политике тех лет, Путин не только нарушил многолетнее советское табу, но также изменил собственную точку зрения, так как ранее очерчивал пакт как «аморальный». О чем потом пошла речь? Чем так может привлекать российского лидера сближение СССР с фашистской Германией?

Историческое значение пакта Молотова-Риббентропа не могло бы быть еще большим, чем есть: именно он стоит за совместной советско-немецкой агрессией против Восточной Европы и всеми трагедиями, что принесла война странам региона.

Сталин пошел на сотрудничество с Гитлером, хорошо осознавая антисемитизм последнего, даже применил к плодотворному сотрудничеству собственную дипломатию. Когда 20 августа 1939 Гитлер предложил Сталину встречу, тот охотно согласился, приготовился заранее, меняя на посту наркома иностранных дел Максима Литвинова, что имел еврейское происхождение, на русского - Вячеслава Молотова. Для Гитлера увольнение Литвинова имело решающее значение. 23 августа Молотов подписал договор с главой нацистской дипломатии - Иоахим фон Риббентропом.

Для участников конгресса сионистов в Женеве та новость стала шокирующей. Они сразу поняли, что Гитлера спустили с цепи и наступает война, события которой будут трагические в первую очередь для евреев.

Хаим Вейцман, руководитель конгресса [уроженец Мотоля, Беларусь], открывавший его словами: «Друзья, у меня только одно пожелание: чтобы мы выжили». И это не был пустой пафос. Через неполные два года в части Европы, которой касался секретный протокол, начался Холокост. К 1945-му году из миллионов евреев, живших на том пространстве, погибла большая часть. [...]

Союз Сталина с Гитлером имел пагубные последствия для Польши и трех балтийских стран - Литвы, Латвии и Эстонии. В Польше 17 сентября 1939 г. Сталин присоединился к немецкому наступлению, высылая Красную Армию на восток страны. После «встречи» над Бугом с союзным вермахтом организован даже совместный парад. Тайные полиции - советская и немецкая - взаимно пообещали, что будут наказывать всякое сопротивление. НКВД депортировал около полумиллиона граждан Польши в ГУЛАГ и замучил тысячи польских офицеров.

Через девять месяцев балтийские страны были оккупированы и присоединены к СССР. Те три небольшие государства потеряли десятки тысяч граждан в депортации, что прежде всего коснулось элиты. Согласно новому советскому праву, те государства были признаны несуществующие, а государственная служба им была признана преступлением.

С политической памяти Польши и балтийских стран еще не исчез советский метод решения «сверху», существует та или иная страна. Тот подход проскальзывает и в современных российских декларациях, теперь уже относительно Украины.

Польша, Литва, Латвия и Эстония были атакованы Сталиным, когда тот был союзником Гитлера. Поэтому тамошние элиты как никто другой видят лживость российской пропаганды, хотя бы в том, что Россия была вынуждена совершить нападение на Украину, чтобы спасти Европу от фашизма. Они хорошо помнят не только сам пакт Молотова-Риббентропа, но и ряд хозяйственных договоров между СССР и фашистской Германией с 1940-41 годов, а также фальсифицированные выборы и пропаганду в советской сфере влияния. События того времени обиваются искаженным эхом в последних происшествиях на Украине.

Реабилитация Путиным пакта Молотова-Риббентропа - это очередной шаг Москвы к восстановлению идеи разделения Европы между Россией и Западом.

В марте депутаты российского парламента предложили МИД Польши совместно разделить Украину. Безусловно, в Варшаве никто серьезно таких предложений не воспринял. В своем триумфальном выступлении после аннексии Крыма Путин убеждал, что опасность для этнических русских была достаточной причиной наступления на Украину.

Подобным образом нацистская Германия оправдывала захват Австрии и Судетов, а СССР - захват Польши. Такие собственно исторические параллели мы должны провести, чтобы понять точно, что подразумевает Путин, когда говорит, что Германия должна с пониманием отнестись к изменению границ. Трудно представить себе какую-либо поддержку подобных идей в Берлине, сильная позиция которого обусловлена прежде всего европейской интеграцией. Однако некоторые достаточно важные немецкие политики, как Герхард Шредер или Гельмут Шмидт, взвешивая легитимность украинского государства, сделали реверанс в сторону Москвы.

Ошибочно было бы считать, что целью сегодняшней политики Путина является лишь влияние на судьбу Восточной Европы. Мы имеем также дело с попыткой Кремля отойти от существующей версии участия России во Второй мировой войне. Это может означать изменения в национальной исторической памяти об итогах войны для всей Европы.

Безусловно, всегда существовали две версии памяти о войне - Советский Союз боролся в ней с обеих сторон. В первом этапе - с 1939 до 1941 года - он был союзником Германии, что сражалась на восточном фронте и поставлял Германии сырье, нефть и продовольствие, необходимое для немецкой войны с Норвегией, Данией, Голландией, Бельгией, Люксембургом и, что важнее всего, с Францией и Великобританией. Позже, когда Гитлер нарушил договор со Сталиным, и в июне 1941 года Вермахт совершил нападение на СССР, Советский Союз быстро оказался по другую сторону борьбы с Великобританией и США.

Десятилетиями о первую часть этой истории советские авторитеты деликатно молчали, зато громко хвалили военные усилия Советов во второй части.

Советский Союз стремился показать себя как силу, что преданно защищает мир, поэтому нельзя было признать, что в свое время он был одним из государств, начавшим мировую войну.

Именно поэтому послевоенная советская пропаганда, подобно сегодняшней российской, отождествляла Запад с фашизмом - это было своеобразное средство забвения о том, кто на самом деле сражался на стороне фашистов, когда началась война.

Если взять во внимание миллионы жертв среди советского населения после 1941 г., а также решающую роль Красной Армии в борьбе с вермахтом, память о борьбе с нацизмом имела существенный политический смысл. Не должно быть странным, что эта борьба стала одним из фундаментальных мифов Советского Союза. Однако в такой версии истории надо было как можно скорее изменить интерпретацию пакта Молотова-Риббентропа. Он в советской пропаганде не был, конечно же, преступлением, всего лишь неудачей внешней политики. Трудно все же оспорить факт, что этот договор позволил фашистской Германии приблизиться к границам СССР задолго до начала войны, а самой Германии восстановиться в качестве милитаристской сверхдержавы, армия которой почти дошла до Москвы.

Сегодняшняя Россия снова ведет в Восточной Европе войну, а Кремль опять взялся за сочетание традиционной советской чести по случаю победы над фашизмом с показом Сталина как выдающегося нападающего. Подобная трактовка требует позитивной оценки соглашения с гитлеровской Германией в 1939-м.

Такое случалось уже когда-то. Между тысяча девятьсот тридцать-девятым и тысяча девятьсот сорок первым годом СССР во внутренней пропаганде показывали Германию как дружеский край, не критиковали немецкой политики и даже начали печатать речи Гитлера.

В сегодняшних условиях такая позитивная оценка договора с Германией подходит к общей тенденции. Агрессивные декларации о российском антифашизме все выдержаны в ключе, что напоминает фашистскую пропаганду: евреев на государственном телевидении обвиняют в Холокосте, близкий Кремлю интеллектуал хвалит Гитлера как государственного мужа, организуются марши российских фашистов, с факелами и свастиками, и подаются за антифашистские, а компания против гомосексуалистов презентуется как защита европейской цивилизации.

Нет ничего удивительного в том, что нападая на Украину, российское правительство пригласило представителей собственных и ёврапейских крайне правых партий к поддержанию нападения и расширения московской точки зрения на войну.

На последние «выборы» в Донецке и Луганске, а чуть раньше на референдум в оккупированном Крыму, «утвердить» российские трофеи в качестве «наблюдателей» приехали европейские крайне правые политики. Их приглашение - не признак эксцентричности Кремля, но оно напрямую показывает, каким важным для Кремля сегодня стал пакт Молотова-Риббентропа.

Путин был бы рад, если бы современные европейские лидеры были настолько глупыми, чтобы серьезно отнестись к идее нового раздела Европы. Однако он все же доволен теми людьми, что положительно ответили на его призыв уничтожения европейского образа: сепаратистами по всей Европе (в том Партией Независимости Соединенного Королевства, глава которой - Найджел Фарадж - открыто признает, что Путин - лидер, которым он восхищался), антиевропейскими популистами (например, французским Национальным Фронтом), наконец - неофашистами и крайне правыми партиями.

В пакте Молотова-Риббентропа имелся в виду не только разделение Европы, но также уничтожение европейского порядка.

Подписывая союз с Гитлером, Сталин руководствовался политической логикой. Он представлял себе, что, если поддержит нацистское государство, которое потихоньку шла в направлении войны против всех, немецкие силы сконцентрируются на борьбе с западными странами. Тем самым под тяжестью противоречий капиталистического мира Германия, Франция и Великобритания, а также США одновременно бы упали, не затрагивая при этом СССР.

Путин, как кажется, стремится сделать нечто подобное в настоящем. Так как Сталин пытался направить одну из самых радикальных европейских сил на собственно Европу, Путин флиртует с популистами, фашистами и сепаратистами. Его союзники - это как раз те силы, которые хотят похоронить современный европейский порядок - то есть, Европейский Союз. Должно быть понятно, что возвращение в Европу, состоящий из национальных государств образца 1938 года было бы катастрофой для всех заинтересованных, в том числе - для самой России.

Существует, однако, весьма существенная разница между Сталиным-1939 и Путиным-2014.

Сталин, как бы там ни было, стремился решить реальную проблему - Гитлер на самом деле стремился к уничтожению СССР. Да, Сталин отрекся от собственной идеологии и сделал стратегическую ошибку, но целью было все же уменьшение реальной угрозы. Путину Европа никак не угрожала. Без всякой причины в 2013 г. российское правительство впервые официально очертило Европейский Союз как неприятеля.

В СМИ и официальных выступлениях с того момента ЕС часто приписывается упадок и обсуждается его быстрый распад. После изменения политики по отношению к Европе, если Россия стремительно создавало Евразийское содружество, что должно было стать конкуренцией для ЕС, началось российское нападение на Украину. Причем Кремль постоянно показывает нападение как противостояние западной агрессии, что кажется немного странным. Российское нападение на Украину вызвало раскол в отношениях с Западом, что, принимая во внимание интересы России, абсолютно не имеет смысла. Такой выбор Кремля не выглядит шедевром стратегического мышления.

Однако отчаянный поиск обоснования и исторического прецедента вынудил Кремль к отказу от одного из моральных фундаментов послевоенной политики: осуждения наступательной войны в Европе в целом и фашистской войны 1939 года в частности.

nn.by/

Последние новости